— Или их кто-то у тебя вытащил, — сказал старший.

— Зачем их кому-то вытаскивать?

— Чтобы нас обокрасть.

— Ты спятил? Обокрасть сейчас, зимой?! Самыми ценными вещами в нашем доме была дубленка старшего сына и моя шуба. Уходя из дому зимой, мы, как правило, эти драгоценности надевали на себя. Еще имело какой-то смысл обокрасть нашу квартиру летом, зимой же — ни малейшего. Старший подумал и согласился со мной.

Младший упорно занимался математикой. Решать проблему приходилось, конечно, мне.

— Что это были за ключи? — отвлекла я младшего от математики.

Тот дал исчерпывающий ответ:

— От замка в дверях. От погреба. От калитки на участке. От лифта. И еще ключик от почтового ящика, только не нашего, а моего приятеля.

— С приятелем разберешься сам. Что же касается остального...

Я колебалась, не зная, на что решиться. Старший сын проявил больше благоразумия.

— Мать, этим не шутят. Ключи мог вытянуть из куртки человек, который знает наш адрес. Заявится в квартиру, чтобы обокрасть, увидит, что красть нечего, и в сердцах все здесь порушит. Нужно принять меры.

Я неохотно согласилась с сыном. Менять все замки очень не хотелось, но тут я сообразила, что ведь, в сущности, речь идет лишь об одном, во входной двери, на который и запиралась квартира. Подумав, пошли на компромисс. Во входной двери, было два замка, но мы уже давно пользовались лишь одним верхним. Теперь решили перестать пользоваться им, а запирать дверь на нижний, переставив их местами. Нижний был переставлен на место верхнего, а верхний пошел вниз. Правда, теперь от действующего замка у нас оказалось только два ключа, куда подевался третий — никто не помнил, уже давно потерялся. Нам же все равно требовалось четыре ключа — один для домработницы, — так что все равно придется заказывать дополнительные. На том и порешили. Два дня, пока делались ключи, кто-то из нас обязательно сидел дома, чтобы другим не пришлось ждать на лестнице. На третий день ключи были сделаны, и о происшествии забыли.